Tulup.ru - Клуб любителей фигурного катания
Новости Форум Словарь Книги Публикации Где кататься Тренеры Партнеры Инвентарь Ссылки Фото Видео

Поэты и романтики (Шелухин А.)

Страницы: 123456789101112131415   
 

На тренировке, на улице, на концерте, на пресс-конференции, на трибунах стадиона — они всегда вместе. Неразлучная пара — Людмила Белоусова и Олег Протопопов. Партнеры на льду, соратники по духу, муж и жена, люди, для которых чувство локтя — это такая же необходимость, как дышать, ходить, есть и пить. Иной раз кажется, что и в спорт они пришли сразу как единый дуэт. Но это обманчивое впечатление.

Составить спортивную пару очень сложно, потому что на льду редко встречаются мужчина и женщина, которые по своим внешним данным гармонично дополняли бы друг друга. Но еще сложнее найти двух людей, которых объединяло бы не только фигурное катание, но и чувство симпатии, единство взглядов и восприятия жизни. И еще более сложно соединить двух фигуристов, живущих в разных городах. У Людмилы и Олега был как раз самый трудный вариант.

Олег Протопопов родился в Ленинграде 6 июня 1932 года. Девятилетним мальчиком узнал он о том, что такое война, бомбежки, продовольственные карточки и страшное слово «блокада». Его мать — Агния Владимировна Гротт— была до войны балериной. В глазах многих людей балерина — хрупкое создание, не приспособленное к суровой жизни. Но Агния Владимировна доказала, что у нее решительный характер. Она нашла в себе мужество не покинуть Ленинград в дни Великой Отечественной войны. А когда началась длительная блокада города, она пошла работать в военный госпиталь медсестрой. В те суровые дни Олег много перевидел, многое пережил. Он видел солдатскую кровь и опухших от голода людей. Он узнал цену черствой корки хлеба, безмерного человеческого страдания. Ничто не прошло бесследно для острого восприятия мальчика. В те годы созрела и окрепла любовь Олега к Ленинграду, к его стойким благородным людям.

После войны Агния Владимировна вернулась на балетную сцену. Начались гастроли, поездки по стране. Оставить Олега дома было не с кем, и поэтому он тоже частенько путешествовал с матерью. Это была суматошная, но по-своему интересная жизнь. Перед Олегом предстал во всем многообразии мир классической музыки. У него были свои друзья-покровители в оркестре. Они учили его играть на рояле и на барабане. Большое влияние на Олега оказал и отчим — известный поэт и переводчик Дмитрий Цензор.

Отчим научил Олега находить и слышать музыку стиха, открывать в поэзии философскую мысль и поэтический образ. И подросток доверчиво отзывался на красоту человеческих чувств, движений. Не случайно он впоследствии с такой страстью и горячностью увлекся романтичной музыкой Листа.

В 15 лет Олег решает стать пианистом. Первое побуждение — поступить в музыкальную школу ленинградского Дворца пионеров. Но конкурс принес ему разочарование: в жюри юноше сказали, что он не обладает совершенным музыкальным слухом. Обидные слова, тем более что в свои 15 лет Олег играл на слух произведения Бетховена.

Нет, расстаться с мечтой о музыке Олег не хочет. Он верит в свою звезду. Может быть, она засверкает для него в фигурном катании? В саду Дворца пионеров есть каток. Там ежедневно ведет занятия с фигуристами очень милая женщина с добрым взглядом.

В один из декабрьских дней 1947 года Олег прикрутил хоккейные коньки к валенкам и в таком виде явился к тренеру Нине Васильевне Лепнинской. У него был уже свой «спортивный опыт»: Олег, как и многие ребята, в ту зиму катался на коньках по улицам, цепляясь крючком за попутную машину. Это был спорт бесшабашных отчаянных ребят. Смелости у них было хоть отбавляй! Об этом знала и Лепнинская. Она старалась отбить у ребят эту нелепую охоту к риску. Пусть лучше будет еще один новичок в ее секции. Ну-ка, покажи, Олег, как ты умеешь вращаться!

И Олег без тени смущения закрутился в пируэте, а потом стал как вкопанный. «Молодец!» — сказала Нина Васильевна.

С этого дня Олег потерял покой. Были найдены коньки и ботинки для фигурного катания, но на два размера меньше, чем надо. И все же Олег ухитрился надеть их. Да еще как лихо катался!

Его тренировки были чрезвычайно насыщенными. За три года занятий он сумел выполнить взрослый разряд и уже готовился выступать на крупных всесоюзных соревнованиях. Тренер Лепнинская была ученицей известного русского фигуриста олимпийского чемпиона Николая Панина. От этого замечательного мастера и педагога она восприняла умение подчеркивать в выступлениях каждого фигуриста красоту катания. О красоте движения на льду она постоянно напоминала и Олегу. Все, казалось, сулило ему успехи в одиночном катании.

Но в 1951 году юношу призвали служить в Военно-Морской Флот. Сегодня для многих читателей это звучит даже экзотично: Олег Протопопов — моряк! Между фигурным катанием и морской службой дистанция весьма солидная. Насколько это вообще совместимо? Но жизнь поставила перед Олегом и это испытание. Суровые ветры Балтики должны были по воле судьбы проверить на прочность любовь Олега к музыке, к конькам, к романтике ледового спорта.

Три года продолжалась служба Олега на Балтийском флоте. Она научила его быть стойким. Ни на один день его не покидала мысль о фигурном катании. Каждую увольнительную Олег использовал для поездки в город — на каток. Именно в этот период у него появляется твердая цель —найти свое место и спортивное амплуа в парном катании. В Ленинграде находились лучшие пары страны. И Олег внимательно присматривался к чемпионам СССР — Игорю Москвину и Майе Беленькой. Запомните это имя: спустя много лет Игорь Москвин войдет в жизнь Людмилы и Олега как человек, понимающий их замыслы с полуслова. Наконец, весной 1954 года состоялся дебют Олега в парном катании — вместе с ленинградкой Маргаритой Богоявленской он выступил на чемпионате СССР и занял третье место.

— Будь там 15 пар,— вспоминал потом Олег,— мы заняли бы последнее место. Настолько слабой была наша техника. Но, к нашему счастью, на чемпионате было всего три пары, и мы волей судьбы стали призерами. Когда я показал диплом за третье место в своей военной части, то все начальство сразу прониклось уважением к моим тренировкам.

А где же в это время была Людмила Белоусова?

В 1954 году она занималась фигурным катанием в московской школе в Дзержинском парке. Но и ей это право далось дорогой ценой. Людмила родилась в Ульяновске 22 ноября 1935 года в семье кадрового офицера-танкиста Евгения Георгиевича Белоусова. Ее отец участвовал в Великой Отечественной войне и закончил ее подполковником. Но все четыре года войны Людмила и ее семья прожили в Ульяновске. Лишь в 1946 году они переехали в Москву. Людмила и ее сестра Рая с большим интересом занимались в школе бальными танцами. Кроме того, худенькая и подвижная Людмила охотно играла в теннис, а зимой каталась на хоккейных коньках. Мать Наталья Андреевна — жизнерадостная и добродушная женщина — поддерживала увлечения дочерей. Людмиле было пятнадцать лет, когда она впервые увидела американский фильм «Серенада солнечной долины», а затем австрийский музыкальный фильм «Весна на льду». Изящество пируэтов знаменитой Сони Хенни покорило ее. И первое, что сказала Людмила дома после сеанса, были слова: «Хочу быть фигуристкой».

Однако на катке ее ждало разочарование. Переростков в школу фигуристов не принимали. Тренер оказал будущей чемпионке, что она опоздала на пять-шесть лет. Людмила не хотела отступить от своей цели и пошла в другую секцию, где занимались только взрослые. Здесь, на ее счастье, работала тренером Лариса Яковлевна Новожилова, бывшая чемпионка страны по спортивным танцам, женщина, обладавшая редкостной верой в своих учеников. Почти все ее питомцы стали мастерами. В их числе была и Белоусова.

Парное катание заинтересовало Людмилу спустя три года, когда она случайно встретила Олега на московском катке. Эта встреча сначала казалась обоим случайным эпизодом в их жизни. Они сделали один пробный пируэт. А в это время подошел кто-то из родителей фигуристов и удивленно сказал: «Какая легкость! Сколько лет вы катаетесь вместе? Года два?» Оказалось, всего несколько минут.

Эта деталь запомнилась Олегу. Но думать о создании нового дуэта не было ни времени, ни возможности. Олег еще служил на флоте и должен был вернуться в Ленинград. А Людмила была озабочена своей учебой. Она заканчивала школу и готовилась к поступлению в институт. Конкурс на приемных экзаменах в энергетический институт был большой. Людмила большинство испытаний выдержала хорошо, но по математике получила тройку и не смогла пройти по конкурсу. Тогда у нее возникло решение отправиться в Ленинград и поступить в Институт инженеров транспорта. Но, пожалуй, главным, что склонило ее к этому решению, было желание продолжать выступления в парном катании...

Первый зимний сезон надолго запомнился фигуристам. Они тренировались на открытом естественном льду и в дождь, и в пургу, и в слякоть (а в Ленинграде оттепель— частый гость). Труднее всех было Людмиле, которую встретили не очень радушно местные тренеры. Но эмоциональность Олега, всегда полного новых замыслов, невольно увлекала Людмилу, и она каждый раз находила в себе силы, чтобы довести тренировку до конца. Она разделяла стремление Олега не повторять стиль соперников, найти что-то свое. Кто идет за другим, тот никогда не будет впереди. Этот афоризм древних художников в полной мере относился и к фигурному катанию. А Людмила и Олег мечтали о больших победах.

Первую композицию они составили на свой страх и риск, стараясь избежать слепого копирования любой ценой. В их поисках было много наивного тогда. Весь рисунок комбинаций был намечен за два-три дня. По ходу тренировок фигуристы уточняли детали: будут ли они исполнять прыжок или заменят его поддержкой? Тогда у Людмилы и Олега не было даже магнитофона, чтобы записать музыку. Они купили громоздкую радиолу «Урал» и проигрывали пластинки со скоростью 78 оборотов в минуту.

Теперь фигуристы вспоминают о прежних трудностях с улыбкой. Уровень современного фигурного катания, его техническая оснащенность выросли неизмеримо. В СССР построены десятки искусственных катков, фигуристам предоставлены дворцы спорта с разнообразными залами. В тренировках стали применять киносъемки, видеомагнитофоны, научные приборы. Сам процесс составления музыкальной композиции ныне растянулся на 5—6 месяцев.

Да, многое изменилось вокруг фигуристов, но сами они по-прежнему остались предельно требовательны к себе. Даже став чемпионами мира и Европы, Людмила и Олег продолжали тренироваться по 3—4 часа ежедневно. Все, кто знаком с Людмилой и Олегом, обычно восклицают: «Какие же они разные!» Да, у каждого из них свой сложный характер. Людмила — уравновешенная, углубленная в себя натура. Мягкая улыбка, тихий голос, неторопливость суждений. А рядом Олег — беспокойный, импульсивный. Его сила и страстность проявляются и в походке, и в жестах, и в рассуждениях с резкостью оценок, с непримиримостью к малейшей фальши.

Когда речь заходит о самых дорогих в спорте и жизни принципах, Людмила и Олег составляют одно целое. Людмила, зная целеустремленность своего мужа, всецело на его стороне...

Эта хрупкая изящная женщина в самые трудные минуты обнаруживала необычайную стойкость. Ведь после победы в Инсбруке она могла с полным правом сказать: мы достигли заветной цели, у нас есть слава, почет, и нам нет теперь нужды продолжать беспокойную жизнь на колесах, по разным каткам мира. Но Людмила этого не сказала, потому что ей дороги были идеи и замыслы, которые вдохновляли ее и Олега в трудные юношеские годы.

И потому Олег так тепло говорит о жене: «Людмила — это основная мелодия нашего дуэта...»

— Музыка! Музыка, как много от тебя зависит! — воскликнул Олег Протопопов, рассказывая об одной из своих спортивных программ. Эмоциональный мир музыкальных образов оказывает постоянное влияние на фигуристов. Он не дает им покоя. И вместе с тем для Людмилы и Олега музыка — источник огромной радости. Мелодии Бетховена, Листа, Массне, Сибелиуса, Чайковского, Рахманинова были неизменными спутниками фигуристов на протяжении многих лет.

Особое место в жизни ленинградского дуэта заняла музыка Листа, в которой наиболее ярко был выражен романтический стиль. В свое время Лист убежденно писал:

«Среди композиторов только поэту дано разорвать оковы, сдерживающие свободный полет его мыслей, и расширить границы своего искусства».

И вот этот поэтичный стиль нашел ярчайшее преломление в программах Белоусовой и Протопопова. Сахма композиция их программы была совершенно новым словом в парном катании. Пожалуй, впервые столь решительно Людмила и Олег порвали с прежней традицией — строить выступление дуэта как параллельное одиночное катание.

— Мы считаем,— разъяснял потом свою позицию Олег,— что фигурное катание — прежде всего художественное катание. Мы не согласны с теми тренерами, которые смотрят на дуэт мужчины и женщины как на союз двух одиночников. Если, например, на конкурсе музыкантов исполняется Первый концерт Чайковского, то пианист ведет свою партию, а оркестр — свою. Они почти не дублируют друг друга. Так и в парном катании: женщина ведет свою музыкальную тему, а мужчина — свою. Они как бы дополняют друг друга, также создавая гармонию движения...

Первый крупный успех пришел к Людмиле и Олегу на чемпионате мира 1962 года в Праге, где они завоевали серебряные медали.

После Пражского чемпионата за Белоусовой и Протопоповым утвердилась репутация людей, кровно связанных с традициями русского классического и советского балета. Эту репутацию они блестяще оправдали в дальнейшем. От танца «Грезы любви» и от сугубо игровой программы 1962 года был новый блестящий переход к композиции олимпийской программы 1964 года, к замыслу нового танца «Размышление» на музыку Массне.

Но было бы неверно думать, что все эти достижения стали возможны лишь благодаря каким-то тесным контактам с хореографами. Фигуристы жаждали творчества и больше всех были озабочены созданием новых пластических образов на льду. Каждая оригинальная комбинация — поддержка, обводка, спираль, поза — была отработана фигуристами до мельчайших деталей.

Людмила и Олег привезли в Прагу не только новую музыкальную композицию. За каждым оригинальным элементом в программе советской пары угадывалась внутренняя логика, которая рождается ценой долгих размышлений, во многом сходных с творчеством активного художника.

У спорта есть своя притягательная сила. И человек, посвятивший спорту годы своей юности, лучшие годы жизни, душой и телом предан своему кумиру. Именно такое чувство овладело Людмилой и Олегом. Для них фигурное катание стало не только праздником души. Это стало делом, где проявлялось все нравственное и физическое богатство личности. И не случайно Олег Протопопов, достигнув высот мастерства, сказал:

— При всем своем уважении к балету, мы должны сказать, что, глядя на танцоров, мы сами испытываем чувство стесненности. Нам кажется, что им не хватает места, нет простора. А на катке—какое чувство, какое раздолье!

Однако спортивное счастье долго не смотрело в их сторону. В 1963 году на чемпионатах Европы и мира победили фигуристы ФРГ Марика Килиус и Ганс Боймлер. Пара, безусловно, сильная, но не обладающая оригинальным почерком. К этому времени Килиус и Боймлер были уже пятикратными победителями европейских чемпионатов, призерами Олимпийских игр в Скво Вэлли. Магическая сила титулов влияла на многих судей. Там, где шансы на успех были равными для двух дуэтов, судьи отдавали предпочтение старым фаворитам. Чемпионам мира — Килиус и Боймлеру.

— Чтобы выиграть у этой пары, мы должны быть на голову выше,— оказал Протопопов после соревнований 1963 года.

Позади осталось восемь лет выступлений в парном катании. Людмиле было в этот момент 27 лет, а Олегу — 30.

Но фигуристы верили в свои силы, чувствовали, что они на пороге своего подлинного расцвета. И поэтому они без колебаний сказали своему новому тренеру Игорю Москвину:

—  Если ты собираешься нам помочь, то учти, что наша цель — выиграть Олимпийские игры...

—  Думаю, что вам это вполне по плечу,— сказал Москвин.

О новой олимпийской программе Людмила и Олег начали думать уже на следующий день после окончания чемпионата мира 1963 года. Это вошло у них в привычку с дебюта на Олимпиаде в Окво Вэлли. С самого начала они твердо решили отказаться от музыки симфоджаза, от так называемого легкого жанра. Только мир классических мелодий имеет непреходящую ценность. Только богатство интонаций симфонической музыки можег позволить фигуристам отразить в своих движениях изменчивую гамму человеческих чувств. А потому — да здравствует гений Листа!

Магнитофон с записями музыки сопровождал Людмилу и Олега всюду — на улице города, в столовой, на пляже, даже в стенах института. И в любой час дня или вечера они нажимали клавиши, закрывали глаза, чтобы сосредоточиться и мысленно увидеть в эти минуты знакомый прямоугольник катка.

Для создания новых образов человеку нужен какой-то толчок. Чаще всего для хореографа толчком служит музыка, реже — книга. Раздумья фигуриста над будущей программой в чем-то сходны с работой мысли хореографа. Людмила и Олег слушали музыку, смотрели фильмы, которые они снимали на чемпионатах мира, читали книги. С особым интересом изучали они книгу выдающегося русского балетмейстера М. Фокина «Против течения». В ней их внимание привлекли и такие строки:

«Возможности создания нового — поистине безграничны. Они так же безграничны, как опыт самой жизни, но только тогда, когда танцовщик обладает сильной технической основой».

Взаимосвязь отточенной техники и новых пластических образов была несомненной. Фигуристам хотелось передать движение на льду без малейшего нажима, без малейшего намека на спешку, с полной амплитудой. И они создают один за другим оригинальные элементы, основанные на идеально чистом мягком скольжении. По своему стилю эти комбинации — «магнитная стрелка», вращение «монетка», обводка партнерши за спиной партнера — продолжали то направление, которое было открыто нежным и ажурным танцем «Грезы любви». И вместе с тем в новых элементах ярко выделялась роль партнерши.

Фигурное катание прошлого знало немало красивых эффектных солисток. С восхищением следили любители спорта за выступлением Ингрид Вендль из Австрии, Ке-ролл Хейсс из США, Инны Бауэр из ФРГ. Были прекрасные партнерши и в парном катании — Вера Суханкова из Чехословакии, Барбара Вагнер из Канады. Но их выступления на льду имели совершенно иной рисунок, нежели у Белоусовой и Протопопова...

В Инсбруке перед олимпийскими стартами вся печать предсказывала успех Марике Килиус и Гансу Боймлеру из ФРГ. Сами фигуристы также были уверены в победе.

Задолго до соревнований была сделана большая серия их фотографий с надписью: «Олимпийские чемпионы» и перед началом состязаний эти снимки появились на трибунах среди зрителей.

Даже жребий был, казалось, на стороне фигуристов ФРГ — они стартовали позже основных соперников — Белоусовой и Протопопова. Наша пара выступала девятой, после дуэтов Канады, США. И то, что показали ленинградцы, было подобно чуду, когда спорт и искусство слились воедино. Лист и Рахманинов царили над катком. И каждый звук их музыки находил свой отклик в движениях фигуристов.

Всего пять минут жил дуэт на льду, но за эти быстротечные минуты было рассказано очень много о мире прекрасного, в ледовой симфонии раскрылась вся разнообразная гамма человеческих чувств. Казалось, что фигуристы сочиняли свой танец прямо на глазах зрителей. Людмила парила надо льдом с легкостью птицы, а ее партнер был мужествен, и полон романтического порыва.

И вот он, счастливый миг. Оценки судей почти максимальны — 5,9 и даже 6,0. Впрочем, были судьи, которые поставили потом советскую пару на второе место. Но их было меньшинство. А зал сразу понял: это истинные победители олимпиады!

Золотые медали Белоусовой и Протопопова стали главной сенсацией олимпийского турнира: ведь они выиграли у чемпионов мира, они первыми утвердили преимущество новой школы фигурного катания.

Дальше четыре года триумфальных побед на чемпионатах Европы и мира. Поэтический стиль советской пары вдохновил на поиски нового многих фигуристов, и не случайно известный американский тренер Карло Фасси, воспитавший Пегги Флеминг, говорил в 1968 году:

— Такого прогресса, который наблюдается на протяжении нескольких лет в парном катании, история нашего спорта еще не знала. Прогресс поистине фантастический, и здесь большая заслуга советской школы парного катания...

От лирических показательных танцев Людмилы и Олега протянулись незримые нити к новой олимпийской программе с прекрасной музыкой Бетховена и Рахманинова. И эта композиция вновь была признана лучшей на зимних Олимпийских играх в Гренобле. Второй раз подряд золотые медали были вручены советским мастерам! Вслед за ленинградской парой чемпионов в нашу сборную пришли новые талантливые дуэты — Татьяна Жук и Александр Горелик, Тамара Москвина и Алексей Мишин, которые по-своему продолжали развивать достижения героев Инсбрука и Гренобля. А от них был уже естественный переход к новому замечательному дуэту чемпионов—Ирине Родниной и Алексею Уланову

 
Звезды ледяной арены. Сборник. М, "Сов. Россия", 1976, 144 с.
Разделы
Звезды ледяной арены. Сборник.
Цветы триумфатора (Чайковский А.)
Поэты и романтики (Шелухин А.)
Чешский фейерверк (Шелухин А.)
Вторая высота (Шелухин А.)
Впереди идущий (Доброва Л.)
Это так здорово, когда можно отдать все (Токарев С.)
Карин Магнуссен (Доброва Л.)
Предтавитель французской школы - Ален Кальма (Шелухин А.)
Наследник Карела Дивина (Доброва Л.)
Им суждена долгая жизнь... (Доброва Л.)
Трудолюбие — его отличительная черта (Доброва Л.)
Сын капитана (Шелухин А.)
"И тогда я понял, что могу все" (Гескин В.)
Большое чудо маленькой феи (Шелухин А.)
Сложная совместимость (Токарев С.)
Вход
Имя
Пароль
 
Поиск по сайту

© Tulup 2005–2017
Время подготовки страницы: 0.016 сек.